02.08.2025 Угрозы Китая в отношении Тайваня привлекают большое внимание. Но в Пекине разрабатывается куда более дерзкий план. Появляющиеся данные, полученные из внутренних обсуждений Китая и из опубликованного документа российской разведки, свидетельствуют о том, что амбиции Китая смещаются на север, в Сибирь, пишет в вашингтонской газете Зе Хилл автор Джон Лонерган. Его книга «Заражение», которая выйдет этим летом, описывает возможное вторжение китайских войск в Сибирь.
https://platform.twitter.com/widgets.js
В противоположность этому, Народно-освободительная армия Китая представляет собой современную и технологически продвинутую силу. Она может похвастаться гиперзвуковыми ракетами, истребителями пятого поколения и передовыми средствами кибервойны, способными быстро сокрушить ослабленную оборону России на востоке. Более того, российская экономика, пострадавшая от западных санкций и всё более зависимая от китайских энергоносителей, не способна существенно укрепить свой восточный фланг.
Поскольку политическое, военное и экономическое внимание Москвы практически полностью сосредоточено на Украине, она остаётся опасно уязвимой для стратегических амбиций своего могущественного соседа.
Коммунистическая партия Китая вложила значительные средства в модернизацию армии, заявив о своей цели быть готовой к крупному конфликту к 2027 году. Если Пекин решит, что прямое нападение на Тайвань слишком рискованно, созданная им грозная армия, вероятно, не будет сидеть сложа руки. Она станет инструментом для достижения долгосрочных стратегических целей Китая в других регионах, и Сибирь представляет собой наиболее очевидную возможность для этого.
Тайвань остаётся долгосрочной целью Китая, но его завоевание грозит глобальной изоляцией и экономическим коллапсом. Сибирь, напротив, — более скрытная, прагматичная цель. Запад, отвлечённый конфликтом на Украине и сохраняющейся угрозой Тайваню, вряд ли решительно вмешается в регион, который он давно считает периферийным по отношению к своим основным интересам. Россия, экономически связанная с Пекином и ослабленная в военном отношении, может быть вынуждена ограничить ответные действия, чтобы не потерять своего важнейшего торгового партнёра.
Китай может представить вторжение как «ограниченную специальную военную операцию» для обеспечения жизненно важных ресурсов и защиты своих экономических интересов, что, по иронии судьбы, отражает действия самой России на Украине. Ужасные предостережения российской разведки, которые, как сообщается, игнорируются Кремлём, отчаянно пытающимся продемонстрировать силу и непоколебимое партнёрство с Китаем, свидетельствуют о том, что Москва опасно не готова к дерзости Пекина.
https://platform.twitter.com/widgets.js
Этот сдвиг, вызванный нехваткой ресурсов у Китая, геополитическим оппортунизмом и ослаблением позиций России, может изменить мировой порядок таким образом, который Запад ещё не до конца осознал. Более того, колоссальные затраты на вторжение на Тайвань и роль Сибири в обеспечении экономического роста Китая делают поворот на север всё более вероятным к 2027 году.
Зацикленность Китая на Тайване, подпитываемая национальной гордостью и видением Си Цзиньпина, остаётся краеугольным камнем риторики. Однако полномасштабное морское вторжение стало бы настоящим логистическим и экономическим кошмаром.
В Европе 22-мильный (32 км) пролив между Францией и Великобританией – Ла-Манш, – оказался значимым препятствием для немецкой армии в 1940. Тайваньский пролив в пять раз шире, а этот 100-мильный проход усиленно обороняется модернизированными вооружёнными силами Тайваня и пользуется явной и неявной поддержкой США и их союзников.
Комплексное военное моделирование 2023 года, проведённое Центром стратегических и международных исследований, пришло к выводу, что китайское вторжение, скорее всего, провалится и обойдётся всем сторонам колоссально дорого. В исследовании прогнозируется, что в трёхнедельном конфликте Китай понесёт сокрушительные потери, включая, по оценкам, 10 000 убитых военнослужащих, потерю 155 боевых самолётов и 138 крупных кораблей.
Экономические последствия будут катастрофическими. Согласно анализу Bloomberg Economics за 2024 год, война из-за Тайваня обойдется миру примерно в 10 триллионов долларов, что эквивалентно 10 процентам мирового ВВП. Доминирование Тайваня в производстве полупроводников означает, что любой сбой парализует глобальные цепочки поставок, включая технологический сектор самого Китая. Эти непомерно высокие издержки в сочетании с высоким риском более масштабного и затяжного конфликта с Америкой и её союзниками делают вторжение на Тайвань в ближайшем будущем всё менее вероятным.
Сибирь же, напротив, предлагает заманчивый приз с меньшими непосредственными рисками. Её огромные запасы нефти, газа, золота, алмазов, редкоземельных металлов и пресной воды имеют решающее значение для поддержания испытывающей нехватку ресурсов экономики Китая.
Засушливые северные провинции Китая сталкиваются с хроническим дефицитом воды. Северо-Китайская равнина, сельскохозяйственный и промышленный центр Китая, обеспечивает 20% населения Китая всего лишь 5% его пресной воды. Только сибирское озеро Байкал содержит 20% мировых запасов незамерзшей пресной воды, и этот ресурс можно было бы использовать для преобразования севера Китая.
Этот стратегический расчёт подкреплён растущим в некоторых китайских кругах мнением, что Россия — держава, находящаяся в упадке и неспособная эффективно управлять своими природными богатствами или защищать их. Ресурсы Сибири могли бы способствовать достижению прогнозируемых Китаем показателей роста ВВП, удовлетворяя растущий спрос на энергоносители (Китай является крупнейшим в мире импортёром сырой нефти) и обеспечивая поставки критически важных редкоземельных элементов, необходимых для его доминирования в сфере зелёных технологий и передовой военной промышленности. В 2023 году квота Китая на добычу редкоземельных металлов выросла до 240 000 тонн, однако спрос на них продолжает превышать внутренние поставки.
Ослабление позиций России усиливает привлекательность Сибири. В опубликованном документе, предположительно, Федеральной службы безопасности России, подробно изложены глубоко укоренившиеся опасения Москвы относительно демографического и экономического влияния Китая на Дальнем Востоке.
Российские вооружённые силы, серьёзно истощенные затяжной войной на Украине, как сообщается, перебросили значительную часть своих восточных сил на запад. В результате обширная территория Сибири площадью 6 миллионов квадратных миль, где проживает 30 миллионов человек, оказалась опасно незащищённой.
В докладе, как отмечает The New York Times, отмечается предполагаемая активизация деятельности китайской разведки, включая попытки вербовки российских учёных, захват военных технологий и скрытое утверждение исторических территориальных претензий, таких как использование названия «Хайшэньвай» для Владивостока на официальных картах. Эти действия восходят историческим обиды, связанные с «неравноправными договорами» XIX века, по которым Россия аннексировала обширные территории Китая во времена династии Цин.
Оборона России на востоке находится в шатком состоянии. Недавний анализ Института изучения войны (ISW) подчёркивает перспективную несостоятельность от потерь России в технике и личном составе. В докладе поясняется, что высокая скорость истощения и ограниченность запасов советских времен, вероятно, приведут к снижению доступности критически важной военной техники к концу 2025 или 2026 году. Эта системная слабость затрагивает всю российскую армию, включая силы, дислоцированные в Сибири, которые были привлечены для поддержки операций на Украине. В сообщениях из региона описывается, как гарнизоны лишаются опытного личного состава, зависят от устаревшего оборудования и неподготовленных призывников.
В противоположность этому, Народно-освободительная армия Китая представляет собой современную и технологически продвинутую силу. Она может похвастаться гиперзвуковыми ракетами, истребителями пятого поколения и передовыми средствами кибервойны, способными быстро сокрушить ослабленную оборону России на востоке. Более того, российская экономика, пострадавшая от западных санкций и всё более зависимая от китайских энергоносителей, не способна существенно укрепить свой восточный фланг.
Поскольку политическое, военное и экономическое внимание Москвы практически полностью сосредоточено на Украине, она остаётся опасно уязвимой для стратегических амбиций своего могущественного соседа.
Коммунистическая партия Китая вложила значительные средства в модернизацию армии, заявив о своей цели быть готовой к крупному конфликту к 2027 году. Если Пекин решит, что прямое нападение на Тайвань слишком рискованно, созданная им грозная армия, вероятно, не будет сидеть сложа руки. Она станет инструментом для достижения долгосрочных стратегических целей Китая в других регионах, и Сибирь представляет собой наиболее очевидную возможность для этого.
Тайвань остаётся долгосрочной целью Китая, но его завоевание грозит глобальной изоляцией и экономическим коллапсом. Сибирь, напротив, — более скрытная, прагматичная цель. Запад, отвлечённый конфликтом на Украине и сохраняющейся угрозой Тайваню, вряд ли решительно вмешается в регион, который он давно считает периферийным по отношению к своим основным интересам. Россия, экономически связанная с Пекином и ослабленная в военном отношении, может быть вынуждена ограничить ответные действия, чтобы не потерять своего важнейшего торгового партнёра.
Китай может представить вторжение как «ограниченную специальную военную операцию» для обеспечения жизненно важных ресурсов и защиты своих экономических интересов, что, по иронии судьбы, отражает действия самой России на Украине. Ужасные предостережения российской разведки, которые, как сообщается, игнорируются Кремлём, отчаянно пытающимся продемонстрировать силу и непоколебимое партнёрство с Китаем, свидетельствуют о том, что Москва опасно неготова к дерзости китайского Дракона.
https://platform.twitter.com/widgets.js
Анна ван Денски 